Процесс Александрова и Ерофеева. Заседание 19

Процесс Александрова и Ерофеева. Заседание 19 Адвокат Юрий Грабовский. Фото: Ирина Ромалийская
В Голосеевском районном суде Киеве рассматривается дело двоих россиян, обвиняемых в терроризме, контрабанде оружия и ведении агрессивной войны. Адвокат Александра Александрова Юрий Грабовский исчез при странных обстоятельствах, защитник Евгения Ерофеева Оксана Соколовская сама стала фигурантом уголовного дела. Несколько заседаний по делу были отменены: прокуратура заявляла, что располагает информацией о готовящемся нападении на конвой.
Нимченко — прессе: «Я делаю допущение — мы не орган разведки, контрразведки, не специализированный орган — мы юристы, которые поддерживают обвинение в суде. Но мы можем просто логически это связать: что вещи, которые происходят вокруг процесса, несколько странные. Нужно более тщательно относиться в том числе и к безопасности уважаемой представительницы защиты».

Прокурор говорит, что следствие по делу об исчезновении Грабовского ведется «в том числе при участии спецподразделений».

«Собственно, я считаю, что это серьезное дело, что с Грабовским действительно что-то случилось. Потому что те посты, которые есть в фейсбуке — мне тоже кажется, что они не его. Мы тоже обеспокоены этой ситуацией», — заявляет журналистам Нимченко.

На вопрос, что, по его мнению, могло случиться с адвокатом, представитель военной прокуратуры отвечает: «Я никогда не участвовал в "Битве экстрасенсов". Но я думаю, что исчезновение Грабовского выгодно прежде всего российской стороне, поскольку идет речь о затягивании процесса и невозможности вынесения приговора в нормальные сроки. Hам кажется, что именно это является целью всех вещей, которые произошли вокруг процесcа».

Прокурор Нимченко просит суд учесть инцидент с Вересом при рассмотрении ходатайства Соколовской о защите.

Заседание переносится на 15:30 мск 21 марта.

Представитель обвинения называет информацию о возможном нападении на конвой и исчезновение адвоката Грабовского «звеньями одной цепи».


«Мы пока что считаем, что это является звеньями одной цепи — информация относительно нападения на конвой, потом исчезновение адвоката Грабовского, и 13 марта, когда в воскресенье на семью одного из основных свидетелей по делу Вереса было осуществлено нападение, достаточно профессионально», — говорит Нимченко.


«Позвонили в двери люди в форме ЖКХ, они открыли. [Нападавшие] надели мешок жене на голову, это молодая девушка, у нее малолетний ребенок. Cпрашивали об оружии, про документы, забрали из сейфа оружие, на которые было разрешение у свидетеля Вереса, и документы. Сейчас это зарегистрировано в Едином реестре досудебных расследований», — рассказывает прокурор. Действия неизвестных злоумышленников квалифицированы как разбойное нападение, уточняет Нимченко: к голове жены Вереса приставляли огнестрельное оружие.

Александр Климович: досудебным расследованием не получены данные, что исчезновение Грабовского связано с процессом Александрова-Ерофеева. Вместе с тем, говорит прокурор, 13 марта в квартиру, где проживает семья экс-сотрудника СБУ Кирилла Вереса, который выступал в суде как свидетель, ворвались неизвестные в масках.


Прокурор Игорь Нимченко рассказывает суду подробности происшествия: двое неизвестных под видом работников ЖКХ ворвались в квартиру семьи Вереса, связали его жену и ребенка и задавали им вопросы, касавшиеся, в том числе, дела Александрова-Ерофеева.

Дидык: вопрос о назначении охраны Соколовской будет решен на следующем заседании.
Председательствующий Дидык: Соколовская не предоставила суду данных о том, что ей угрожает опасность именно в связи с ее участием в процессе по делу Александрова и Ерофеева.

Александров просит перенести рассмотрение дела, чтобы его родные успели найти нового адвоката.


Судья просит решить вопрос с защитой до 21 марта.


Оксана Соколовская зачитывает свое ходатайство: говорит, что у нее есть основания беспокоиться за жизнь свою и членов своей семьи и в соответствии с законом об обеспечении безопасности лиц, которые участвуют в уголовном производстве, просит суд вынести определение о назначении ей охраны.

Судья Дидык говорит Александрову, что он может самостоятельно привлечь нового защитника. Если такового желания у подсудимого нет, адвокат ему будет назначен судом.
Заседание продолжается. Новый переводчик — Марина Богословская, выпускница Донецкого госуниверситета, дипломированный преподаватель русского языка и литературы, главный специалист городской прокуратуры Киева. Из биографической справки также следует, что переводчик в свое время сменила фамилию и отчество — с Заяц Марины Валерьевны на Богословскую Марину Александровну.

Адвокат Соколовская не возражает против ее участия в процессе, но требует позже предоставить оригиналы документов об образовании и квалификации переводчика, а также смене ФИО; сейчас суду предъявлены только копии.


Процессуальные моменты: из коллегии выбыл судья Мазур, у него закончился пятилетний срок полномочий; автоматизированной системой распределения дел в коллегию назначена председатель Голосеевского райсуда Елена Первушина, рассказывает председательствующий Дидык.

Отводов нет.
Заведующий консульским отделом российского посольства Алексей Грубый также считает, что исчезновение Грабовского «это абсолютно неслучайное событие».

«С февраля начала развиваться странная ситуация. После последнего судебного заседания, когда слово перешло к стороне защиты, господин Грабовский продемонстрировал эпизод, касающийся погибшего Пугачева. После этого фактически деятельность защиты на судебных слушаниях прекратилась. Забрали у Александрова в СИЗО всю концепцию защиты, которая была разработана, на следующий день заседание по непонятным причинам отменили. Мы считаем, что эта причина абсолютно надуманная. Поломка автозака в таком деле не является мотивировкой. В следующий раз еще более интересное было высказано основание для отмены судебного заседания, недоставки Александрова-Ерофеева — именно, возможность нападения на конвой. Такой опасности не существовало, вдруг она возникла из ничего», — сказал журналистам консул. По его словам, в последний раз он разговаривал с Юрием Грабовским 3 марта.


На вопрос о том, будет ли российское посольство участвовать в поисках нового адвоката для Александрова, дипломат ответил отрицательно.


«Мы не можем принимать решения, здесь будет воля или самого Александрова, или родственников. Хватит ли денег для оплаты нового защитника, надо у них спросить. Я думаю, с этим проблем не будет, главное, чтобы в данной ситуации — я хотел бы упомянуть о давлении на защитника Ерофеева Соколовскую, которую обвиняют, как мы считаем, по абсолютно бездоказательному обвинению в ее адрес — будут ли украинские адвокаты вступать в дело на фоне тех событий, которые происходят. Это большой вопрос», — заявил Грубый.


Он отказался комментировать возможную связь между судебными процессами Ерофеева-Александрова и Надежды Савченко. «Я таких параллелей непосредственно не вижу», — сказал консул. Он подчеркнул, что находит неприемлемым назначение Александрову бесплатного защитника, которому «будет платить государство».

В перерыве Оксана Соколовская прокомментировала «Медиазоне» исчезновение своего коллеги.


«На сегодняшний момент никаких сведений об исчезновении Грабовского нет. Ни у полиции, ни у Службы безопасности Украины. Вчера был разговор на всех уровнях, предпринимаются меры, но пока безрезультатно. Границу он не переесекал, это уже понятно всем, я надеюсь, других сведений сейчас нет», — сказала она.


В последний раз Соколовская общалась с Юрием Грабовским 4 марта, по ее словам, «ничего не предвещало беды».


«Об угрозах мы постоянно с ним говорили: регулярно и в его адрес, и в мой [поступали угрозы], и высказывания соответствующие были, и письма на электронные почты, и в соцсети Facebook были соответствующие сообщения, но придавать внимание каждому такому сообщению мы не считали необходимым. Угрозы поступали от частных лиц. Может быть, это граждане Украины, не более чем. Но у Грабовского, если вы читали и видели его посты в сети, у него пропало с квартиры его собственное оружие, также его вещи некоторые. Мы сделали вывод, что это может быть связано в дальнейшем с совершением им якобы какого-то уголовного правонарушения, находкой его вещей и его оружия», — говорит адвокат Евгения Ерофеева.


«Что касается более детальной информации, я сегодня буду подавать соответствующее ходатайство в судебном заседании, у меня есть догадки, кто это мог сделать и в связи с чем. Я это связываю лишь с участием в этом деле. Потому что как меня пытались отстранить от участия в этом деле путем избрания мне меры пресечения в виде содержания под стражей, так и Грабовского, но уже физически», — заявила Соколовская. По ее мнению, представители обвинения умышленно затягивают процесс.


«Мы все прекрасно понимаем, что дело Ерофеева-Александрова прямо связано с делом Надежды Савченко. Как по ней происходят очень странные события со стороны Российской Федерации, так и у нас в Украине происходит затягивание процесса стороной обвинения».


Адвокат также сообщила, что родственники Александрова в настоящее время ищут ему нового адвоката, ходатайство о назначении ему бесплатного защитника, если оно будет подано прокуратурой, Соколовская не поддержит.


«С каждым днем у меня исчезает вера в то, что он [Грабовский] жив, к сожалению», — призналась она, уточнив, что не осведомлена о целях поездки своего коллеги в Одессу: «он не посвящал меня в свои личные дела».

Соколовская говорит, что Викторов не имеет диплома переводчика с украинского на русский, сомневается в его компетентности и просить не допускать до участия в процессе.


Прокуроры настаивают, что переводить Викторов сможет, он знает еще и чешский, отмечают они.


Тем не менее, суд соглашается с защитой. Переводчик Викторов отведен. Объявляется перерыв на час — за это время представителям обвинения предстоит найти нового переводчика.


Фото: Григорий Пырлик / Медиазона

В суде новый переводчик — Андрей Викторов.


Судья Николай Дидык отмечает, что Викторов по специальности переводчик с английского; сможет ли он переводить с украинского на русский, задается вопросом председательствующий.


Прокурор Климович отвечает, что Викторов предоставлен как переводчик Службой безопасности Украины, украинский и русский он знает в совершенстве.

Сторону защиты сегодня представляет одна Соколовская. Прокурор Климович зачитывает письмо из одесской полиции: органы МВД подтверждают, что что по факту исчезновения Грабовского открыто дело по статье «умышленное убийство».


Заявление о его исчезновении подали сотрудники отеля «Аркадия», где адвокат зарегистрировался на проживание с 5 марта. Заявление от сотрудников отеля поступило в полицию 9 марта.


Отдельно заявление о пропаже Грабовского подано и в Голосеевский райотдел полиции Киева.

Вместе с Оксаной Соколовской в зале появляется российский консул Алексей Грубый.
Александров и Ерофеев доставлены в суд, обвинение представляют прокуроры Игорь Нимченко и Александр Климович. Адвокат Соколовская пока отсутствует.
Евгений Ерофеев и Александр Александров были ранены и захвачены украинскими военными 16 мая 2015 года в городе Счастье Луганской области. На первых допросах оба гражданина России признали себя действующими военнослужащими, однако в суде заявили, что уволились из Вооруженных сил и служили в милиции самопровозглашенной ЛНР.

Они обвиняются в ведении агрессивной войны, контрабанде оружия и боеприпасов, нарушении порядка въезда на временно оккупированную территорию Украины, создании террористической группы или участии в ней, а также участии в террористическом акте, повлекшем гибель человека.

Рассмотрение дела в отношении Александрова и Ерофеева в Голосеевском районном суде Киева пробуксовывает с конца января.

10 февраля адвокат Александрова Юрий Грабовский заявил ходатайство о вызове судмедэксперта Яковцовой, которая обследовала тело погибшего в Счастье сержанта Вадима Пугачева: защитник утверждал, что убитый украинский военный не мог получить ранения из оружия, изъятого у подсудимых, и для наглядности принес в суд череп с отверстием и пули соответствующего калибра.

25 февраля Яковцова явилась в суд, однако из СИЗО не доставили обвиняемых.

3 марта ситуация повторилась, однако на этот раз отсутствие подсудимых прокуратура объяснила соображениями безопасности: силовикам стало известно о якобы готовящемся нападении на конвой из СИЗО.

9 марта заседание вновь оказалось сорвано: пропал адвокат Грабовский. Защитник Ерофеева Оксана Соколовская сообщила суду, что в течение двух суток не может связаться с коллегой. Позже на странице Грабовского в фейсбуке появилась запись, согласно которой он «не по своей воле покинул Украину»; геометка поста указывала, что его автор находится в Египте, однако в полиции заявили, что адвокат не выезжал с территории страны по своим документам. По факту исчезновения Грабовского было возбуждено уголовное дело по статье «умышленное убийство».

Еще одно уголовное дело, связанное с адвокатами россиян, расследуется по части 1 статьи 121 УК Украины (нанесение тяжких телесных повреждений). Подозреваемой по нему проходит Оксана Соколовская; по версии следствия, летом 2014 года она нанесла ножевые ранения дважды судимому Михаилу Крамаренко. Потерпевший приходил на суд над Александровым и Ерофеевым и давал комментарии прессе.

27 января из-за вызова Соколовской на допрос в качестве подозреваемой было отменено заседание по делу россиян. Именно в этот день защита должна была приступить к представлению своих доказательств.