Дело о микрофоне: второе заседание

Дело о микрофоне: второе заседание Леонид Волков. Фото: Владимир Песня / РИА Новости
В Новосибирске продолжается суд над оппозиционером Леонидом Волковым, его обвиняют в воспрепятствовании законной профессиональной деятельности журналиста LifeNews

В Новосибирске продолжается суд над оппозиционером Леонидом Волковым. На момент возбуждения уголовного дела он возглавлял новосибирский предвыборный штаб «Демократической коалиции».

Волкова обвиняют в воспрепятствовании законной профессиональной деятельности журналиста (статья 144 УК), ему грозит до шести лет лишения свободы.

Предыдущее заседание состоялось в Новосибирске 3 декабря. В качестве потерпевшей на нем выступила замглавного редактора телеканала Lifenews в Новосибирске Ольга Кирсанова, репортер телеканала Александр Поступинский, пожаловавшийся на вырванный микрофон и причинённую боль, в суд не пришел.

Сегодня Центральный районный суд Новосибирска опросит потерпевшего, журналиста Александра Поступинского. По версии следствия, Волков «по мотивам неприязненного отношения к деятельности телеканала» мешал Поступинскому выполнять свою профессиональную работу, попытался вырвать микрофон из рук журналиста, повредив его, а также «применяя насилие», стал сильно сжимать левую руку корреспондента.

Инцидент произошел в июле 2015 года во время нападения активистов Народно-освободительного движения (НОД) на новосибирский предвыборный штаб Демократической коалиции перед началом пресс-конференции Алексея Навального. Сам Волков отрицает обвинения в причинении как материального, так и физического ущерба. Политик объясняет, что в течение около 15 секунд удерживал журналиста за микрофон, не давая ему приблизиться к Навальному, поскольку расценивал действия корреспондента как хулиганские. На обозрение суда планируется представить соответствующую видеозапись. Сторона защиты обращает внимание, что в справке Lifenews об ущербе значится одна модель микрофона, а в направлении на экспертизу – другая. Кроме того, утвержденный в обвинительном заключении имущественный ущерб составляет 1 473 руб., непосредственно телеканал заявил об ущербе в 36,7 тыс. руб. Волков уверен, что дело имеет под собой политические мотивы и инспирировано, чтобы помешать ему участвовать в выборах в Госдуму в 2016 году. Оппозиционер написал заявление на сотрудников Lifenews за заведомо ложный донос.

Поступинский уже в зале суда, заседание начинается.

Судья спрашивает знаком ли Поступинский с Волковым, имеются ли неприязненные отношения.

– Мы знакомы с 17 июля. Личных неприязненных отношений нет.

– Когда работали в LifeNews? – теперь прокурор Оксана Толстых:

– C 1 мая 2015 года.

– Официально?

– С 23 января на испытательном сроке, с мая официально

Прокурор просит рассказать о событиях 17 июля.

– 17 июля 2015 года мы с моим товарищем, оператором Игорем Кошелевым получили редакционное задание от нашего руководства Ольги Кирсановой снять видео-материал о визите Алексея Навального в Новосибирск.

– Задание было письменное, устное?

– Задание было в устной форме. В 90% случаях все задания в устной форме. Как нам стало известно из открытых источников встреча с Навальным должна была происходить в штабе РПР-Парнас. Туда мы и отправились. Я и оператор Игорь Кошелев. Прибыли мы туда между 15-00 и 16-00. Мы подошли ко входу в штаб. Как только мы перенесли ногу за порог, нас встретили 3-4 молодых человека. Они нам сказали что наш телеканал не может пройти на данную пресс-конференцию. Поинтересовавшись, почему мы не можем пройти, они не дали внятного ответа. После этого я и оператор отошли ото входа в здание и расположились на лавочках, где стали ждать выхода Навального из здания. Примерно через час Навальный вышел из штаба на улицу, где он начал вести диалог с людьми. Там были представители движения НОД и неравнодушные граждане, несколько журналистов.

Мой оператор включил видеокамеру. Я приблизился к Навальному с микрофоном, был на расстоянии 1-1,5 метра. Я вытянул микрофон, через секунду после того как я это сделал, ко мне приблизился Леонид Волков. Он сделал шаг по направлению ко мне. Схватился вытянутой рукой за микрофон, вместе с ним ко мне вплотную приблизился. Точно не помню в какой руке был у меня микрофон. Скорее всего в правой. Он взялся за микрофон рукой. Волков в нецензурной форме посоветовал, что с этим микрофоном сделать. Использовал в отношении меня нецензурную брань, после чего он уже схватился ещё левой рукой за микрофон, начал совершать вращательные движения, попытался вырвать, затем толкнуть, чтобы, наверное я упал. Я дважды попросил у Леонида отпустить микрофон, он проигнорировал мои просьбы. Когда я задал вопрос нужно ли применять меры самообороны чтобы он отпустил микрофон, к этому моменту он схватил меня за руку, причинив мне болевые ощущения. Вначале он пытался выкрутить и вырвать микрофон. Пытаться отнять. Он пытался сорвать с него ветрозащиту. После этого левой рукой он схватил меня за левую руку, продолжая держать меня за руку. Секунд 20-30 мы оба держались за микрофон.

Прокурор задает уточняющие вопросы.

– Кроме микрофона у вас было ещё оборудование?

– У нас была камера. При мне кроме микрофона ничего не было.

– Оборудование для съемки вам выдается под запись?

– Оборудование находится в редакции. Мы его берем когда направляемся на редакционное задание.

– Акты приема-передачи не оформляются?

– Нет.

– Перед началом съемки вы представлялись? Была пресс-карта?

– Пресс-карта имелась, но я её не предъявлял. Опознавательный знак есть на микрофоне — лейбл нашего телеканала, по которому собственно нас и узнали при входе в штаб.

– После того как вы отошли от Волкова вы увидели какие-то повреждения?

– Отошла ветрозащита.

– Вы увидели это сразу на месте? Повреждение которое можно увидеть невооруженным глазом?

– Да. Поскольку мне пришлось назад надевать ветрозащиту.

– Ещё были очевидные повреждения?

– Больше я повреждений не видел.

– Какие были ранее повреждения?

– Только были небольшие царапины, потертости. Когда мы стали сливать материал на компьютер, оператор обратил внимание что на видеозаписи есть посторонние шумы. Решил осмотреть оборудование. Увидели что сорван дефлектор: это пластиковая защита, которая находится поверх микрофона.

Сторона обвинения продолжает задавать вопросы.

– Повреждения (микрофона) могли образоваться ранее?

– Ранее признаков повреждений микрофона замечено не было, – отвечает он и добавляет, что после конфликта качество записи упало.

– Вы сообщали о повреждениях?

– Мы сообщили нашему редактору Алене Пятенок. После того как мы обнаружили неисправности микрофона, далее мы использовали микрофон исключительно как реквизит в кадре.

– Волков когда схватил вас за руку, вы видели какие-то повреждения на своем теле?

– После того как я вернулся в редакцию я обратил внимание что у меня образовался синяк, кровоподтек.

– За помощью куда-то обращались?

– Не обращался.

– Рассказывали кому-то о конфликте?

– Своему руководству. Кирсановой и Пятенок — но уже точно не помню.

Теперь вопросы Волкова.

– Александр Александрович, вначале пару вопросов по вашему сегодняшнему выступлению. Вы сказали, что вам стало известно о пресс-конференции из открытых источников. Из каких?

– Информация была размещена во «ВКонтакте» в группе РПР-Парнас.

– В каком формате встреча была обозначена? Конференция была заявлена на 18 июля.

– Насколько помню конференция была заявлена на 17 июля.

– Когда вы пришли 17 июля, кого вы там увидели?

– Когда мы пришли к штабу, у здания в отдаленности находились несколько активистов НОДа, несколько граждан человек 5 которые ходили рядом.

– А всего сколько человек? – уточняет судья.

– Примерно 10 человек.

– Активисты НОДа что-то делали при этом? _ спрашивает снова Волков.

– Активисты НОДа ходили вдоль здания, размахивали плакатами и флагами и выкрикивали лозунги.

– Вам ранее как корреспонденту Lifenews доводилось освещать публичные массовые мероприятия?

– Да.

– Вы знакомы с законом о публичных массовых мероприятиях соответственно? В действиях активистов НОД, которые стояли возле нашего штаба, выкрикивали лозунги, кидались яйцами, были признаки публичного массового мероприятия?

Судья снимает вопрос, как и последующие, в том числе о правилах поведения журналиста на публичных массовых мероприятиях.

Судья говорит, что Волков может задавать вопросы о происходящих событиях, а не разъяснять законодательство.

– Был ли у вас при себе ясно видимый отличительный знак представителя СМИ? – уточняет Волков.

– Да, был. Служебное удостоверение.

– Оно у вас было вывешено на груди?

– Чтобы опознать меня как журналиста нашего телеканала у нас есть лейбл на микрофоне. Любой человек может попросить предъявить удостоверение представителя телеканала.

– Ранее 7 июля вы также освещали приезд Навального в Новосибирск. Там тоже был пикет НОДа, где они хулиганили и забрасывали яйцами?

– Какое отношение это имеет к тому мероприятию? – спрашивает судья.

Волков поясняет судье, что пытается доказать, что потерпевший уже был на подобном мероприятии и участвовал в действиях НОД, что Поступинский «часть этой хулиганской группы».

Адвокат Владимир Бандура расспрашивает о трудоустройстве Поступинского, был ли он в штате.

– В вашем отделении в Новосибирске сколько всего было микрофонов?

– Один микрофон. Состав нашей редакции на тот момент я корреспондент, оператор, замглавного редактора Ольга Кирсанова, главред Алена Пятенок и водитель.

– С данным микрофоном вы с первого дня работали?

– С 23 января ещё будучи стажером.

– Расскажите о состоянии микрофона, какова его изношенность.

– Не знаю, какую градацию вам привести.

– Были ли какие-то повреждения? Прожоги от сигарет?

– Был один прожог от сигареты.

– Кто-либо ремонтировал микрофон?

– Мне об этом не известно.

Бандура спрашивает, откуда стало известно о пресс-конференции в штабе.

– Было известно из открытых источников.

– Видели других журналистов? – Поступинский отвечает утвердительно.

– Вы с ними общались?

– По-моему, нет. Один фотокорреспондент подходил, мы с ним перекинулись парой слов. Он сказал что его также не пустили в штаб. Молодые люди не просили меня представлять пресс-карту. Они поняли из какого я телеканала.

– Можете опознать этих людей?

– Нет, уже много времени прошло.

– Вам запрещали снимать на пресс-конференции?

– Да, об этом известно из материалов дела.

– Вы сказали что у вас образовался синяк. В каком месте?

– С внешней стороны левой руки выше локтевого сустава.

– У вас была рубаха с коротким рукавом?

– Да.

– Кому-то из сотрудников показывали синяк?

– Да, Алене Пятенок.

– Почему вы сразу не сообщили в правоохранительные органы?

– Потому что я был занят работой.

– Кто написал заявление в правоохранительные органы?

– Я и Ольга Кирсанова.

– Заявление о чем?

– О воспрепятствовании деятельности журналиста.

Бандура спрашивает писал ли он заявление о причинении телесных повреждений. Поступинский говорит, что изначально не писал. Поступинский поясняет Бандуре, что изначально не квалифицировал кровоподтек как телесное повреждение. Поступинский говорит, что когда следователи спросили его о наличии телесных повреждений, он сказал о синяке.

У адвоката ходатайство об оглашении показаний Поступинского. Бандура считает, что имеются противоречия в показаниях. Адвокат указывает, что лишь 8 сентября, после того как стало известно об исправности микрофона, Поступинский заявил о телесных повреждениях. Судья удовлетворяет ходатайство защитника.

Представитель потерпевшего Денис Садовский задает вопросы.

– Вы сказали что не квалифицировали произошедшее как вред здоровья. Что вы имели в виду?

– Насколько я понял кровоподтёк не квалифицируется как вред здоровью, – отвечает Поступинский.

Судья зачитывает показания, где потерпевший рассказывает, что редакция предупреждала о возможных провокациях на мероприятии. Что съемочную группу не пустили в штаб, они никому не мешали, но Волков подошел к нему и начал вырывать из рук, пытаясь сломать микрофон.

Судья цитирует показания: «Применял ли Волков к вам насилие? Нет, он только пытался вырвать у меня микрофон».

– Вас следователь спрашивает наносили ли вам повреждения?

– На тот момент не вспомнил.

Бандура говорит что это были уже более поздние показания. Поступинский объясняет, что на тот момент не посчитал нужным говорить об этом.

– Следователь вам задает вопрос где тот микрофон. Вы ему говорите что он находится при вас. Как мы сейчас можем узнать какой микрофон изъяли — этот или тот? Давался документ об изъятии микрофона? – спрашивает адвокат.

Поступинский говорит, что не может уточнить про документ.

– В показаниях прямо отрицаете что я хватал вас за тело, за одежду. Показания соответствовали действительности?

–На тот момент да.

Присутствовавшие в зале смеются, судья делает замечание.

2016-01-13 12-29-40 IMG_5384.JPG.png

Продолжает задавать вопросы сторона защиты.

– Вас допрашивает старший следователь СК и задает тот же самый вопрос. Вы говорите что вас не наносили телесных повреждений.

– Вполне возможно на тот момент я это не учел, выпустил из внимания. Я работал на информационном канале, который вещает круглосуточно 7 дней в неделю, у меня был тяжелый рабочий график. И то событие которое произошло 17 июля – это не камень преткновения в моей жизни. Я часть событий мог забыть и при более подробных расспросах я вспомнил.

После оглашения материалов дела Бандура говорит о противоречиях.

– Вы в показаниях говорите что рядом с запястьем был синяк.

– Вы знаете где у человека находится запястье? – спрашивает Волков. Какие показания верные — когда вы сегодня сказали, что повреждения около локтя или когда следователю сказали что рядом с запястьем.

Поступинский говорит что повреждения около локтя. Поясняет, что мог неточно назвать часть тела.

– Что вас натолкнуло на мысль 8 сентября прийти и подать новое заявление (о синяке)? – спрашивает Волков. Поступинский поясняет, что вспомнил об этом и решил написать заявление.

– На прошлом заседании Кирсанова сказала, что вы решили подать заявление в июле поскольку сказало московское начальство, а 8 сентября тоже московское начальство советовало? Поступинский говорит, что подал заявление самолично.

Судья спрашивает какое оборудование было у него с собой, потерпевший перечисляет.

– Как оформляется факт передачи техники?

– Нет специальной процедуры.

– За сохранность кто ведет ответственность — вы либо Кошелев?

– Я за микрофон, Кошелев — за видеокамеру.

– Вы решили делать сюжет о приезде Навального. Вы должны были получать его разрешение на запись с ним интервью?

– Перед интервью да. Но это было его публичное выступление на улице. Для записи его согласие не нужно.

– Вы говорите в показаниях что Волков пытался забрать у вас микрофон. Думаете, почему?

– Не могу отвечать за его действия. Возможно его поведение вызвано личностным негативным отношением к нашему телеканалу и его представителям.

Судья продолжает задавать вопросы потерпевшему.

– Вы показывали Кошелеву, Кирсановой, Пятенок кровоподтек?

– Я показывал кровоподтек, но не могу уточнить Пятенок или Кирсановой.

– Вы в отношении Волкова предпринимали какие-либо действия?

– Я пытался вырваться. Я боялся делать резкие движения, чтобы не повредить микрофон. Целенаправленных действий по физическому воздействию на Волкова не было.

– С вашей стороны угрозы в отношении Волкова звучали?

– Нет.

– Ударов Волкову не наносили?

– Не наносил.

– Повалить на землю пытались?

– Нет. Я как раз пытался удержать равновесие, поскольку Волков напирал.

– Имеются исковые требования к Волкову?

– Не имеются.

_ Как потерпевший вы в праве высказаться о мере наказания. Желаете высказаться?

– Мне не столь важна мера наказания, а важно, чтобы Волков понял, что данный поступок не является правильным. А мера наказания на усмотрение суда.

Дополнительные вопросы.

– В каком состоянии Волков был во время конфликта? – спрашивает прокурор.

– Я бы сказал в возбужденном. Рядом находились представители НОДа. Возможно Волков переживал за Навального, за себя, за штаб, у него могли быть на это причины.

– Просили вас продемонстрировать пресс-карту? – теперь спрашивает судья.

– Нет.

– Исходя из той обстановки, считаете, могли ли возникнуть у Волкова сомнения в вашей принадлежности к телеканалу?

– У Волкова могут возникнуть какие угодно сомнения.

– Мог ли Волков определить безошибочно вашу принадлежность к телеканалу?

– Если бы у него возникли сомнения, он мог попросить меня предъявить пресс-карту. Наверное, перед тем как кидаться на человека с микрофоном можно было у него спросить, с какой целью он прибыл к штабу и что он собирается сделать. Позже в этом же зале суда после его задержания, когда его доставили в отдел полиции и решался вопрос о его аресте, я подошел к нему, он безошибочно определял представитель какого я телеканала.

Судья оглашает показания в ходе предварит следствия 8 сентября, Поступинский говорит, что ранее на микрофоне могли быть потертости. Но поломка произошла после инцидента.

2016-01-13 13-10-09 IMG_5434.JPG.png

Адвокат Бандура спрашивает о противоречиях. Поступинский отвечает, что все данные показания соответствуют действительности.

Судья оглашает показания Поступинского: «Вопрос следователя: Вы угрожали Волкову, что сломаете ему руку? Ответ: Я спрашивал: "Тебе руку сломать?" — пытаясь таким образом успокоить Волкова. Поскольку Волков находился в агрессивном состоянии. После этого Волков отпустил микрофон».

Допрос Поступинского закончен, продолжение процесса 14 января, будут выступать свидетели обвинения из НОДа.
Представитель потерпевшего Денис Садовский после заседания говорит журналистам, что увольнение Поступинского из LifeNews не связано с инцидентом с Волковым.