Апелляция «Кровостока»-3

Апелляция «Кровостока»-3 Группа «Кровосток» и Дамир Гайнутдинов (справа) в Ярославском областном суде, 27 октября 2015 года. Фото: «Медиазона»
В Ярославле завершилось третье и последнее заседание по жалобе музыкантов на решение одного из районных судов города, который объявил «запрещенной информацией» весь контент сайта «Кровостока». Областной суд занял сторону группы.

«Кровосток» и юрист Дамир Гайнутдинов добиваются отмены решения Кировского районного суда Ярославля, который в июле объявил запрещенной к распространению в России всю информацию с сайта группы. Предыдущее заседание по апелляционной жалобе музыкантов прошло в Ярославском областном суде 27 октября.



Заседание началось с ходатайства Гайнутдинова: он потребовал, чтобы прокуратура, по иску которой и был запрещен сайт группы, уточнила и обосновала свою позицию. Юрист напомнил, что по адресу krovostok.ru можно найти репродукцию картины «Апофеоз войны». Означает ли запрет «всей информации с сайта», что классическое полотно Василия Верещагина также запрещено в Российской Федерации? Суд признал это ходатайство адвоката обоснованным.

Кроме того, Ярославский областной суд удовлетворил заявленное еще на первом заседании ходатайство о рассмотрении жалобы «Кровостока» по правилам суда первой инстанции — запрет затрагивает права авторов песен Дмитрия Файна (Доктор Фельдман) и Антона Черняка (Шило), а соответствующее решение нижестоящего суда было принято в их отсутствие, аргументировал адвокат группы.

Наконец, суд по настоянию защиты согласился вызвать на следующее заседание экспертов, заключениями которых был обоснован запрет сайта «Кровостока» — директора Института филологии и культуры при Ярославском государственном педагогическом университете им. К.Д. Ушинского Николая Воронина и декана факультета русской филологии и культуры ЯГПУ Светлану Родонову.

Неожиданный интерес к музыке «Кровостока» накануне третьего заседания в областном суде проявил автор оригинальной терапевтической методики «сознательной трезвости», экс-депутат Ярославской областной думы Петр Губочкин. На своей странице в фейсбуке Губочкин сообщил, что в четверг представит суду свое экспертное заключение о творчестве группы, которое кажется ему «жестокой информационно-наркотической войной против нашей молодежи, нашего будущего».

Пришлось познакомиться с группой со странным названием «Кровосток». Начал прослушивать их сайт, страницу в конт...

Posted by Пётр Губочкин on 11 ноября 2015 г.

На сайте Центра трезвости и здорового образа жизни «Здрава», которым руководит Губочкин, его называют членом-корреспондентом Международной академии психологических наук, профессором Международной славянской академии и вице-президентом Международной академии трезвости.
Заседание начинается. Апелляцию музыкантов рассматривает коллегия в составе судей Надежды Федотовой, Владимира Преснова и Людмилы Ломтевой (она председательствует).

В соответствии с ходатайством Дамира Гайнутдинова дело рассматривается по правилам суда первой инстанции, разъясняет Ломтева. Прокурор Елена Никольская просит приобщить справки от вызванных на заседание экспертов Родоновой и Воронина, у обоих — уважительные причины неявки, говорит она. Вместо допроса экспертов, заключениями которых был мотивирован запрет сайта, прокурор предлагает заслушать мнение Губочкина и представителя организации «Трезвая Кубань» Алексея Гайворонского. Гайворонский — практикующий психолог, уточняет прокурор, ссылаясь на справку Международной ассоциации психоаналитиков.

— В каком качестве вы хотите их видеть? — уточняет судья у прокурора.

Прокурор говорит, что вызывает Губочкина и Гайворонского как свидетелей. Кроме того, она просит приобщить скриншоты с YouTube, где выложены видео с предыдущих заседаний.
Гайнутдинов, ознакомившись со справками от отсутствующих экспертов: «Причина неявки Воронинавстреча с немецким коллегойне является уважительной. Это неуважение к суду. Что касается неявки Родоновой, то оставляю решение на усмотрение коллегии, но считаю необходимым их допросить. Именно их экспертизы вошли в исковое заявление прокуратуры, мы делаем вывод, что эти доказательства были ключевыми, и без их допроса дело разрешено справедливым образом быть не может».

Юрист «Кровостока» напоминает, что в заключениях не говорилось о примененной экспертами методике исследования и их квалификации; все это следует установить, вызвав их в суд.

Гайнутдинов: непонятно, какое отношение к разбирательству имеют скриншоты, о приобщении которых ходатайствует прокурор Никольская. Также неясен статус кубанского борца за трезвость Гайворонского, его обращение, как и обращение Ярославской епархии, защита считает ненадлежащими доказательствами.


«Вывод, к которому приходит епархия в своем письме: произведения группы "Кровосток" не вписываются в понимание христианского творчества как такового», — с удивлением произносит адвокат, цитируя документ. В нем говорится о грехах и воздаянии.


Гайнутдинов читает обращение Гайворонского, который был одним из инициаторов отмены фестиваля «Кубана», в ФСБ: в документе говорится, что Noize МС «в знак протеста выступал в голом виде».



Адвокат недоумевает, о каких обстоятельствах дела может сообщить ярославскому суду свидетель из Краснодарского края.

Что касается свидетеля Губочкина, продолжает Гайнутдинов, то он заявил о своей неприязни к «Кровостоку» еще накануне, у него налицо явная заинтересованность, его как свидетеля допрашивать нельзя. Адвокат зачитывает посты Губочкина с фейсбука.


Файн: да, Губочкин нас не любит!

Губочкин с места: а что, это грех, что ли, что я вас не люблю?

Суд отказывает во всех ходатайствах прокурора, кроме одного — служебные справки о причинах неявки экспертов все же приобщаются.

Наталья Борилко из центра духовного здоровья «Здрава», который возглавляет Губочкин, просит разрешить ей видеосъемку: мы занимаемся помощью наркозависимым, а творчество группы, на наш взгляд, этому способствует…


Отказ.

Юрист «Кровостока» заявляет ходатайства о повторном вызове Родоновой и Воронина, а также об уточнении прокуратурой своих требований.


В последнем отказано, решение по ходатайству о вызове экспертов откладывается на конец заседания.

Судья читает исковое заявление прокуратуры Кировского района Ярославля «в защиту интересов Российской Федерации и неопределенного круга лиц» от 29 мая. Именно этот иск удовлетворил 14 июня Кировский райсуд города, запретив тем самым всю информацию с сайта группы.

Представитель прокуратуры поддерживает исковые требования.
В тексте искового заявления говорится о «восхищении содержанием порнографических фильмов», упоминаются фотографии участников группы с сигаретами, начиненными «веществом растительного происхождения, предположительно — наркотическим средством» и так далее.

Судья просит уточнить претензии прокуратуры к текстам некоторых песен, она перечисляет: «ГЭС», «Шурик», «Киса», «Метадон», «Ночь», «Органы», «Гантеля».

Прокурор: тексты песен побуждают слушателя к действиям... В случае реализации этих действий будет нарушен УК...


Судья просит уточнить: а в песне «Шурик» какая запрещённая информация? «Шура говорит, что звонит с Филиппин», потом… «девяностые сделали такие парни как я и Шура» — но какая тут информация?


Прокурор растеряна, говорит, что не может сейчас пояснить.

Судья цитирует песню «Киса» и пытается понять, что в ней не нравится прокуратуре. Прокурор: в ней героиня — несовершеннолетняя.


Судья: с чего вы сделали такой вывод?
Прокурор: мне сказать нечего...

Переходят к разбору песни «Органы».
Судья Владимир Преснов пересказывает песню «Органы»: герой определил своё кредопомогать людям и отдал свою почку для трансплантации, а вы тут видите только фразу «курил гашиш из Ферганы»?


Прокурор Никольская, смущенно: Да…

Вопросы защиты прокурору.

Каким образом вы определили, что сайт «Кровостока» официальный? Как вы это понимаете?

Мы под понятием официальный сайт ассоциируем... (Молчит.)

Какие меры были вами предприняты для определения администраторов сайта? У РКН есть сутки, чтобы уведомить владельца ресурса. Почему вы не нашли их.

Поясню, мы обращались в РКН для установления владельцев сайта... Они нам не помогли.

На сайте есть телефон и электронная почта, вы позвонили?

При подготовке к исковому требованию мы этой информации не обнаружили…

Какие у вас доказательства, что эта информация на сайте действительно есть?

Скриншоты.

Кем они заверены?

Сотрудниками прокуратуры.

Гайнутдинов продолжает задавать вопросы прокурору.

Какие вопросы вы ставили перед экспертами?

А разве в материалах дела нет?

Нет.


Прокурор ищет в документах; неуверенно:


В Педуниверстит мы направляли запрос о лингвистическом анализе.

— Но это не вопросы!

— Мы считали, что этого достаточно...

Юрист «Кровостока» пытается выяснить у прокурора Никольской, какими специальными знаниями обладают сотрудники ФСКН, чтобы анализировать тексты группы.


В области оборота наркотических средств, отвечает прокурор.


Гайнутдинов:


Почему начальник ФСКН пишет: «Несмотря на то, что у экспертов отсутствует соответствующий допуск и квалификация для проведения экспертизы...»?

Он сам это пишет, это позиция сотрудников...

Просто позиция?

Да, — отвечает упавшим голосом прокурор.

Гайнутдинов переходит к выяснению квалификации привлеченных экспертов. Прокурор не знает, какой ученой степенью обладает Воронин. Защитник: он кандидат психологических наук. Почему он проводил лингвистический анализ текста?


Следом юрист спрашивает о стаже экспертной деятельности Родоновой, прокурор ищет в бумагах, но не может ответить. Нету? — Нет.

Гайнутдинов еще раз спрашивает прокурора, какая ответственность предусмотрена российскими законами за «призывы к нарушению УК в песнях».


Угроза убийством, призыв к угрозе убийством, где… — ищет в бумагах прокурор.

В песне «Гантеля» всех убили, — подсказывает судья Преснов.



В песне «Метадон» — «куплю цветов клубничных гандонов» — там призыв нарушать общественную мораль. Эксперты сделали такой вывод, — еле слышно говорит прокурор.

В случае совершения тех действий, которые описаны группой «Кровосток», слушателями будут совершенны уголовно наказуемые деяния. Ряд песен пропагандирует наркопотребление, мы полагаем, граждане должны быть защищены, — обосновывает позицию своего ведомства Никольская.


Гайнутдинов интересуется, чьи именно права будут нарушены в таком случае; прокурор отвечает, что нарушена будет «территориальная безопасность РФ».


Каким образом?

Если группа лиц будет создавать те деяния, которые указаны в иске.

Гайнутдинов спрашивает, почему прокуратура подала иск к региональному провайдеру ООО «ЯрНет», который не имеет никакого отношения к сайту группы.


Никольская не может ответить.


Файн хочет знать, как в прокуратуре поняли, что внутри пакетика, с которым сфотографирован один из участников группы, наркотик. «Как можно понять, что в пакете запрещённое вещество?»


Мы поэтому и обращались в ФСКН... Они специалисты.

Мы на одной стороне против этого зла, там петрушка, я лично туда её клал!

Там написано: «Предположительно»...

Выступает Дамир Гайнутдинов. «Хочу отметить, что решение Кировского райсуда подлежит отмене в любом случае — нарушены права лиц, которых даже не уведомили о рассмотрении иска. На сайте есть контакты группы, на сайте есть маркирование 18+, причём добровольное».


Юрист рассказывает суду о гангста-рэпе и протестных молодежных субкультурах, говорит о литературной традиции черного юмора и детских страшилках. «Это нуар, переадресация агрессии». Гайнудтинов цитирует Булгакова и Достоевского, задаваясь риторическим вопросом: содержится ли в «Преступлении и наказании» призыв к убийству старухи-процентщицы?


«Очевидно, что прослушивание данных текстов не может повлиять на психически здоровых людей. Никто не побежит убивать и употреблять наркотики», — резюмирует защитник.

Говорит Антон Черняк (Шило): «Мы по профессии — художники, а "Кровосток"— это наш арт-проект. Все истории выдуманные, но вы видим мир вокруг, переключая федеральные каналы. Мы более остро это чувствуем.


Литература и искусство часто разнообразно описывали черные стороны жизни, людей эти стороны интересовали, это не означает, что каждый человек, который пишет о них — маньяк и преступник.


Никакие запреты никогда не приводили ни к чему хорошему, а вели только к росту популярности. Мы собираемся продолжить своё творчество. Надеюсь на ваше здравомыслие».

Дмитрий Файн (Доктор Фельдман): « Уважаемый суд, хотел бы сказать о полном несогласии с запретом сайта. Считаю, что суд, запрещая нас, вторгается на территорию прав человека, которые записаны в Конституции и охраняются государством.


Творчество — это не пропаганда, это так же точно, как и то, что собака не станет кошкой».


Гайнутдинов заявляет ходатайство о приобщении к материалам дела комплексного лингвистического исследования текстов группы, проведенного специалистами Нижегородского государственного университета. Один из экспертов — кандидат филологических наук, доцент Елизавета Колтунова — имеет 29 лет научного стажа.


Юрист передает копии исследования судьям и прокурору. Объявляется 20-минутный перерыв для ознакомления.

Прокурор не возражает против приобщения исследования, представленного стороной защиты. Суд переходит к изучению письменных материалов.
Оглашается переписка прокуратуры с ярославским УФСКН, которое весной добивалось запрета концерта «Кровостока» в городе. Следом «экспертиза» ФСКН, документы об авторских правах, информация с сайта о его владельцах.

Тут владельцы сайта Фельдман, Шило и третий, не могу прочитать… Полу, Полу…

Полутруп! — подсказывает Черняк с места. — Полутруп, ваша честь!

Оглашаются заключения экспертов, которыми руководствовался Кировский районный суд, вынося решение о запрете сайта. В заключении директора Института филологии
и культуры при Ярославском государственном педагогическом университете им. К.Д. Ушинского Николая Воронина говорится: «Представленные материалы свидетельствуют не только о низком уровне культуры, нравственности, отсутствии таланта и о желании любым способом, пусть и самым недостойным, обратить на себя внимание. Содержание материалов оскорбляет достоинство человека, морально-нравственные нормы общества. Человека. Они формируют такие качества личности, как пошлость, цинизм, вседозволенность, ложные ценностные ориентации, комплекс сверхчеловека. Все это может служить основой агрессивного, антисоциального и антиличностного поведения».

Оглашение материалов доходит до описания анимированной заставки сайта. «После загрузки сайта пользователям демонстрируется анимационный ролик, в котором двое мужчин избивают друг друга бутылкой и монтировкой и в итоге оба погибают».


Файн: с чего вы решили, что они там друг друга убивают?


Вы сами видели? — интересуется прокурор.

Я его делал!

Ну, когда бьют железными предметами?

С чего вы решили, что железными?


Судья просит Никольскую объяснить, почему прокуратура хочет запретить заставку.


Демонстрация данного ролика может побудить к убийствам, поэтому надо запретить.

Гайнутдинов спрашивает, не хочет ли представитель прокуратуры запретить вообще любые изображения насилия — фильмы про войну, детективы? После перепалки сторон прокуратура снимает требование запретить репродукцию картины Верещагина «Апофеоз войны», которая также выложена на сайте «Кровостока».

Файн, следуя логике юриста группы, спрашивает, не должно ли быть запрещено и любое изображение наркотиков — например, в криминальной телехронике?


Музыкант опять спрашивает, как прокуратура определила, что в пакетике на снимке с сайта — наркотик.


На глаз? — подсказывает судья.

Да, — отвечает Никольская.

Суд переходит к обсуждению текстов песен. Судья Преснов пересказывает «Зимнюю»: зима, героя не устраивает погода на улице, а потом он решает убить своего друга Жору.


Преснов просит прокурора разъяснить позицию ведомства по тексту песни.


Полагаем, что текст песни носит характер скрытой пропаганды нарушения УК…

Признаки пропаганды в каких словах? Не очень понятно.

Мы основываем свою позицию на мнении лингвистов. Они нам дали информацию, что скрытая пропаганда присутствует, конкретных глаголов назвать не могу.


Преснов переходит к разбору песни «ГЭС». Файн: герой песни находится в состоянии депрессии, его позиция нарочито радикализирована...

К обсуждению «ГЭС» подключается прокурор.


Текст указанной песни содержит скрытые элементы пропаганды наркотических и психотропных веществ. Изменение отношения к миру при помощи эйфоретиков и стимуляторов... Полагаем, что текст данной песни надо запретить.


Файн: под этими стимуляторами мы понимаем ромашковый чай, валерьяну. Все в рамках разрешённого реестра веществ!


Гайнутдинов читает Закон о рекламе. «Вы считаете, что песня направлена на продвижение товаров?».


Думаю, доводит информацию, что в случае употребления веществ вы получите удовольствие, — отвечает Никольская. — Вы путаете пропаганду и рекламу.


Тогда где здесь пропаганда?

У вас есть текст песни?

Да.

А у меня нет, и я ответить не могу, — обрывает дискуссию прокурор.

Идет разбор песни «Шурик», герой которой звонит другу с Филиппин и с теплотой вспоминает девяностые.


— А что вас тут смущает? Может, то, что герои были участниками событий в 1990-е? — задает наводящий вопрос судья.


Да, мы так считаем, — отвечает Никольская.

Следующая песня — «Киса».


Прокурор:


Мы считаем, что она подлежит запрету, потому что текст имеет побудительный характер и состав преступлений… (Пауза.)

Насильственный характер, возраст? — уточняет судья.

Ну, может быть, возраст.


Как это следует из текста песни, спрашивает Гайнутдинов. «А вот: "Я помню чудное мгновение" — там есть указание на возраст героини?».


Может быть.


Это любовная лирика, — говорит прокурору Файн. — В любовной лирике не принято говорить о возрасте предмета страсти. Это ваши домыслы, несколько патологические и странные, раз вы считаете, что в песне речь идёт о ребенке.

Судья переходит к песне «Метадон». «Ну, в конце герой едет к любимой».


Прокуратура усматривает в тексте пропаганду наркотиков, Никольская ссылается на заключение экспертов.


Гайнутдинов:


Раз нет возможности задать вопрос экспертам, спрашиваю прокурора. В экспертизе говорится, что в этой песне содержится пропаганда «мефедрина». Вы в этом уверены? Вам известно, что такого препарата не существует? Помимо заключения лингвиста, который не разбирается в химии, что вы можете привести?


Я уже ответила, — парирует прокурор.

Разбор альбома доходит до песен «Ночь» (судьи выясняют, что такое «наркотрек») и «Глаза». В последней прокуратура усмативает мотив подстрекательства к убийству, описание орудий убийства и рекомендации по уничтожению улик.


Гайнутдинов — прокурору:


Вся детективная литература описывает уничтожение улик...

Какая литература?

«Шерлок Холмс».

Эта литература не призывает…

Но вы же говорите про описание…


Следует дискуссия о Достоевском. Стороны выясняют, способна ли аудитория «Кровостока» отличить описание насилия от призыва к насилию.

Песня «Органы». Герой («вероятно, под воздействием наркотических средств») становится донором органов, дарит почку больной девушке («пускай моя почка станет принадлежать например топ-менеджера дочке»), а потом раздает нуждающимся все свое тело без остатка.


Судья:


Но он девочке помочь хотел, причем тут воздействие наркотиков? То есть такие мысли помочь девочке могут быть только под воздействием наркотиков?

Да.

Песня «Гантеля». «Герой высказывает намерение убить всех», — читает судья; прокурор: полагаем, в песне присутствует мотив подстрекательства к убийству и скрытые элементы рекламы наркотиков...

Что это такое?

Я поясняла.

Нет, про скрытую рекламу…

Это вопрос к ФСКН!

«Беспорядки»: все горит, Кремль, в том числе, горит, а в конце герой высказывает предположение, что завтра все прояснится, пересказывает судья сюжет. Стороны мучительно выясняют, в какой именно строчке песни присутствует призыв к употреблению наркотиков, прокурор жалуется, что у нее уже идет кругом голова.


Вы держитесь, — подбадривают ее музыканты «Кровостока».


Во время обсуждения песни «Порно» в зал пытается вернуться удаленный приставами Петр Верзилов; судья делает ему замечание и грозит административной ответственностью.


Песня «Колхозники»: стороны выясняют, что такое «метик» и «план».


Прокурор:


Ну, по моим понятиям, метик это метамфетамин, а план — марихуана. Это достаточно распространённое наименование, и большая часть страны знает об этом.


Последней суд исследует песню «Быть плохим». «По мнению героя это хорошо», — говорит судья.


Прокурор:


Думаю, во фразе «сопротивляйся системе» содержится призыв к нарушению нескольких статьей Уголовного кодекса.

К каким конкретно правонарушениям призывает автор песни?

Если бы у меня был под рукой Уголовный кодекс, я бы сказала.

Вы отождествляете Систему и государственную власть?

Да.

Что незаконного во фразе «быть плохим»?

Мы оцениваем весь текст. Оценку отдельной вырванной из контекста фразе я давать не могу.

У Дмитрия Файна спрашивают о той самой фотографии с папиросой, которая, как предположили в ФСКН, начинена «растительным веществом».



Файн отвечает, что это кадр из фильма «Жесть», он снят в гриме, в образе, фильм вышел в 2006-м, а изображения курящих людей, не сопровождающиеся специальными надписями о вреде курения, были запрещены только в 2013 году.


Суд переходит к осмотру скриншотов сайта. Изучают заставку.


«Ну, тут у нас специальные шурупы, чтобы показать условность происходящего, что это не совсем люди», — говорит Черняк. Руки и ноги анимированных персонажей заставки, действительно, скреплены в суставах шурупами — как у роботов.


Следом стороны анализируют фотографию самого Черняка с пакетиком и пачкой долларов.

Прокурор — о заключении нижегородских экспертов, представленном суду защитой:


Заключение является прежде всего психолого-лингвистическим. Все граждане (авторы экспертизы — МЗ) являются сотрудниками одного ООО, что может говорить о совместной позиции по вопросу. Что касается заключения, оно является достаточно противоречивым. Считаю, что к этому заключению надо отнестись критически. Авторы не отрицают темы наркотиков, насилия, воззваний, советов. И большая часть заключения связана со сравнением «Кровостока» с другими произведениями культуры, не знаю, какая тут связь. Также они говорят о наличии какого-то образа героя песен. Также хочу отметить, что кажется, что авторы экспертизы не уверены в своём мнении — они используют фразы "может быть", "наверное"».


Прокурор еще раз просит суд учесть позицию Ярославской епархии РПЦ, изложенную в письме: «Кровосток» популяризирует зло и грех, говорит Никольская.

Гайнутдинов заявляет ходатайство о признании недопустимыми доказательствами письма ФСКН в Ярославский педуниверситет с просьбой дать заключение о творчестве группы и ответа на него. Судья говорит, что примет решение в совещательной комнате. Кроме того, защита настаивает на вызове Родоновой и Воронина.

Прокурор возражает: Родонова и Воронин готовили не заключения, а анализ текстов. Судьи на месте решают отказать в вызове экспертов.

Стороны переходят к прениям.

Прокурор Никольская: мне добавить нечего к ранее сказанному. Позиция прокуратуры основана на законе, подтверждена «лингвистами в области русского языка». Полагаем, что наши доводы обоснованы и подлежат удовлетворению.

Гайнутдинов: «Подводя итог, хочу сказать: исковые требования прокуратуры основаны на недопустимых доказательствах. Прошу обратить внимание, что Воронин не может считаться экспертом».


Юрист «Кровостока» перечисляет его научные работы — они посвящены теме профориентации школьников.


«Говоря о нашем экспертном заключении, — продолжает Гайнутдинов. — Оно полностью соответствует закону об экспертизе. Возражая прокурору: эксперты действительно взаимодействовали, потому что исследование являлось комплексными усилиями нескольких специалистов. Да, действительно, они указывают, что в текстах присутствуют темы насилия и наркотиков, но во всех песнях речь идёт только о диалоге между персонажами песен.


Герои песен говорят друг с другом. Призывов подражать героям текстов не выявлено. Родонова и Воронин вообще не видят разницы между автором песни и героем».


Дамир Гайнутдинов. Фото: «Медиазона»

Гайнутдинов: «Что касается альбома "Гантеля". Он 2007 года, есть в магазинах музыки и на iTunes. Необходимость запрета спустя семь лет вызывает серьезные сомнения. Никаких доказательств, что тексты песен за семь лет кого-то побудили совершать преступления и употреблять наркотики, приведено не было. Никаких решений ФСКН о "пропаганде наркотиков" не применялось, материалы в РКН не направлялись. Почему с весны 2015 года ФСКН не совершило никаких действий по поводу пропаганды наркотиков на сайте? Помимо пропаганды наркотиков прокурор ссылается на ценности, мораль, говорит о порнографии. Но закон об информации таких понятий не содержит!»

Музыканты отказываются от выступления в прениях. Перерыв — 20 минут, после него суд огласит решение по жалобе «Кровостока».

Между тем, становится известно, что прокуратура уточнила свои исковые требования и теперь добивается запрета не всех материалов с сайта группы, а только альбома «Гантеля» и фотографий «с веществом растительного происхождения». Об этом во время перерыва сообщил «Медиазоне» Дамир Гайнутдинов.
Ярославский областной суд постановил решение Кировского районного суда о запрете сайта «Кровостока» отменить, ходатайство прокуратуры оставить без удовлетворения.